Борис Есенькин: «Без культурного наследия человек теряет себя»

15.02.2018 12:34 10

Борис Есенькин: «Без культурного наследия человек теряет себя»

Б.С. Есенькин — президент ТД «Библио-Глобус», президент Гильдии книжников — самый, пожалуй, уважаемый и известный корифей книжного дела в стране, благодаря которому миллионы книг в СССР и России дошли до своего покупателя.

О деле его жизни с мэтром книгоиздания и распространения наш сегодняшний разговор.

— Борис Семенович, вы счастливый человек? Ведь книги сопровождают вас с раннего детства, их запах приносила мама домой с работы…

— Мне в жизни повезло, хотя мое детство пришлось на войну. На фронт забрали отца, дядю одного, второго… Даже овчарку нашу забрали — и собаки нужны были фронту. Помню землянки, в которых мы прятались… Недоедание, голод… Помню семейные чтения — тогда вслух читали «Тихий Дон», и мне это было очень любопытно, хотя я еще мало что понимал.

Моя мама работала на фабрике «Детская книга». Оттуда и появились мои первые книги: «Дед Мазай и зайцы», «Городок в табакерке» и другие, открывшие мне естественный многофункциональный мир.

— Почему вы поначалу выбрали рабочую специальность?

— Один мой дядя был парикмахером, свою трудовую жизнь после семилетки я начал рядом с ним. Потом были вечерняя школа рабочей молодежи, служба в армии.

Другой мой дядя, который был связан с телевидением, изменил немного мои представления, устремления в жизни. Я поступил в телевизионное техническое училище на Таганке, окончил его и стал специалистом: ходил с чемоданчиком и ремонтировал телевизоры.

Затем ушел работать в так называемый почтовый ящик, секретное предприятие, и, уже работая там, поступил заочно в Московский полиграфический институт. После 15 лет службы меня избрали председателем профсоюзного комитета большого предприятия — НИЭТИ завода «Пластик», но перед этим я организовал народный книжный магазин. Мне тогда было около сорока лет.

— Это было в 70-е годы?

— Да, это 1975-1977 годы, когда к книгам был повышенный интерес. Я уже хорошо разбирался в книгах, собирал их по мере возможности. Почему возникла идея народного книжного магазина?

У нас был 85-й магазин «Москниги» недалеко от Войковской, где располагался «почтовый ящик», я туда часто ходил, видел, чем интересуются покупатели, вот тогда мне и пришла идея создать народный книжный магазин, это было очень востребовано.

— Ваш путь активного распространителя, популяризатора, пропагандиста книги начался именно тогда?

— Да, уже позже я пришел трудиться в «Москнигу», в 1985 году начал работать в Калининском районном книготорговом объединении, где было шесть магазинов. Предстояло окунуться в происходящее, разобраться и наметить определенные шаги в улучшении обслуживания покупателей с учетом происходящих изменений в стране.

В 1988 году предприятие было признано лучшим книготорговым объединением. А в 1989 году мне предложили перейти работать в магазин №120 «Москниги», будущий «Библио-Глобус», с тех пор я и тружусь на этой площадке.

— Ваша жизнь богата на события, в том числе исторические. Сравниваете прожитые эпохи?

— Как без этого… В СССР, как я сегодня отчетливо понимаю, была пропаганда даже не книг, а была пропаганда знаний, и каждый из нас старался себя обогатить именно знаниями. И что интересно: я всегда считал, что битие определяет сознание человека. Но не битие розгами, а битие жизнью. И вот пройдя школу партийную, профсоюзную, я убедился, что жизнь не так проста, как кажется. Надо постоянно повышать свой образовательный уровень, поэтому у меня была и магистратура по книгоизданию и книгораспространению, потом — защита кандидатской диссертации по философии, докторской по экономике…

Борис Есенькин: «Без культурного наследия человек теряет себя»

— Итак, вы пришли в «Москнигу», а затем в «Книжный мир» в переломный момент перестройки, наверняка было непросто выстроить работу в меняющихся условиях?

— Я уже работал в книжном магазине №120, когда устои СССР рухнули, образовалась, как в горах, расщелина между прошлым и будущим…

Книги, которые тогда выпускались миллионными тиражами, стали никому не нужны, книги, которые жаждал получить читатель, еще не были напечатаны. Выход из объединения «Москнига» на самостоятельную хозяйственную деятельность, приватизация, в которой участвовало более семидесяти человек, кампания по выбору руководителя и множество других событий…

Когда задачи бизнеса не подкреплялись законодательством, дефолты, когда рушилось все, созданное тобой, и еще многое-многое другое, что не способствовало созиданию. Требовалась постоянная трезвость сознания в самых неблагоприятных условиях — это способствовало укреплению веры в собственное дело, хобби, которое переросло в любимую профессию.

— Как повлияла на книжную торговлю смена эпох?

— Крах коммунистической идеологии повлек за собой и крах более чем на треть тогдашнего книгоиздания, в первую очередь трудов классиков марксизма-ленинизма, партийной и пропагандистской литературы.

Появились первые независимые магазины, издательства, стали ломаться государственные издательства. Встали вопросы: где брать книги для торговли, какие теперь будут нужны книги? Расцвели книжные ярмарки по типу черного рынка в «Олимпийском», в Люберцах да много где… Нам приходилось выживать, как и всем тогда, торговать одно время приходилось даже коврами, компьютерами, всякой модной тогда мелочевкой. А книг, хороших и нужных, еще не было, не хватало.

Надо было начинать новую жизнь, и начал я ее со списания огромной массы никому уже не нужных изданий, что поначалу привело наши финансы в минус. Но пошли уже переговоры с новыми издателями, началась работа с ними.

— Ведь тогда во многом поменялся и сам тип книжных магазинов?

— Например, ушли в прошлое прилавки, мы перестроили магазин. В этот сложный период предстояло не потеряться и выстроить себя на новом витке с определенными амбициями, стремлением к новизне.

Обширного опыта все равно не хватало. На международном книжном семинаре в Библиотеке иностранной литературы я разговорился с американцами — представителями книжного дела. Это и подтолкнуло меня поехать на стажировку в США. По приезде оттуда я написал статью в газету «Книжное обозрение» — «Мы и они — двадцать первый этаж и нулевой».

Разница в технологическом, логистическом и других отношениях была огромной. Бизнес-планирование, бюджет, почасовая оплата труда, жесткий алгоритм в построении цепочки: автор — издатель — библиотекарь — книжный магазин — вторичный рынок — потребитель. Это был другой мир, который оперативно подстраивался под постоянно меняющиеся современные технологии. Все надо было переварить, впитать, осмыслить и выработать свою собственную концепцию…

— С тех пор очень многое изменилось, вы добились огромных успехов…

— Да, сегодня мы решаем глобальные задачи, выстраиваем современную логистическую систему многофункционального информационно-культурного просветительского центра ХХI века. Мнение о падении книжного рынка, на мой взгляд, сильно преувеличено. Хотя, конечно, надо людей, особенно молодежь, настойчиво возвращать именно к печатной книге.

И здесь у «Библио-Глобуса» есть что предложить: ежемесячно к нам поступает более 4000 новинок художественной, учебной литературы по всем отраслям знаний, книг по искусству. И они неизменно находят своего читателя. И это понятно, потому что история показывает: без духовного, культурного наследия человек себя теряет. Без любви к печатному слову, навыков чтения развитая духовная личность состояться не может. А без этого каким станет наше будущее?

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Фейковые страницы в соцсетях избавили корейцев от санкций США Отступаем: Роскомнадзор снял блокировку с 3,7 миллионов IP-адресов Google Микрозайм в минимальные сроки Анонимный мессенджер FaceCat запущен бывшим сотрудником «ВКонтакте» Данные 50 миллионов аккаунтов Facebook попали в руки хакеров